Как утверждает собеседник, причиной возможного молчания мог стать страх перед масштабным репутационным ударом на фоне другой чрезвычайной ситуации в регионе. Речь идет о событиях в Шерегеше в первые числа января, когда десятки людей пожаловались на симптомы острого кишечного отравления. Позже стало известно, что у сотрудников одного из баров был выявлен норовирус.

По словам источника, внутри управленческой вертикали опасались эффекта «двойного кризиса» — одновременного резонанса вокруг массового отравления в популярном туристическом курорте и сообщений о гибели младенцев в крупном городском роддоме. В кулуарах якобы обсуждалось, что открытая и своевременная огласка обеих тем могла спровоцировать волну общественного недоверия к системе здравоохранения и санитарного контроля региона в целом.